Выборы президента 2020 года создают многочисленные „возможности” для молдавской демократии. Во-первых, есть реальные шансы, что к руководству страны придет женщина, тем самым стимулируя эмансипированное участие женщин в отечественной политике. Вторым важным моментом может стать первая победа кандидата с ясными прозападными политическими взглядами в результате народного голосования. И последнее, но не менее важное: появляется возможность инициировать и реализовать радикальные реформы от имени президента, минимум на 4 года, при условии надежной поддержки со стороны парламента и правительства. Стабильность президентского мандата несравнима с эфемерным характером правительств, постоянно рискующим получить вотум недоверия или со слабостью парламентов, обусловленной постоянной вероятностью внеочередных выборов. Эти возможности могут материализоваться только в случае, если нынешний президент Игорь Додон проиграет выборы главному лидеру оппозиции, экс-премьеру Майе Санду.

В парламентской системе правления основные полномочия президента ограничиваются обязанностями в сфере внешней политики. Предвыборные политические дебаты, инициированные оппозицией в последнее время, коснулись многочисленных недостатков внутренней политики. В частности, оппозиция сосредоточилась на реанимации старых и новых обвинений в причастности Игоря Додона к злоупотреблениям и коррупции в 2006-2020 годах. Опираясь на разобщенные геополитические предпочтения общества, сосредоточение общественного внимания на проблематике бедности, всеохватывающую коррупцию и неэффективное управление старой политической гвардии может снизить актуальность геополитического голосования. Эта тактика, похоже, определяет нынешнее поведение Майи Санду. Несмотря на это, Игорь Додон обсуждает не только внутреннюю политику, но и внешнюю ориентацию страны. Он активно продвигает многовекторную политику, согласно которой диалог с Россией необходимо обновить, чтобы сбалансировать отношения с Западом.

Другой „2016” или нет?

Несмотря на то, что большинство местных опросов малоубедительны, некоторые из них, однако, позволяют сделать схематизацию существующего расстояния между основными претендентами на кресло президента. Если в предвыборном сценарии не произойдут радикальные изменения, например отказ в регистрации кандидата или ухудшение эпидемиологической ситуации, то единственными реальными конкурентами в споре за кресло президента станут Игорь Додон и Майя Санду. С одной стороны, повторение предвыборной дуэли 2016 года (30 октября-13 ноября) обусловлено способностью Игоря Додона капитализировать устранение олигарха Владимира Плахотнюка от власти. С другой стороны, Майя Санду укрепила свои позиции в результате непримиримости к программе реформ, несмотря на короткий срок полномочий премьер-министра (5 месяцев).

На выборах 2016 года Игорь Додон и Майя Санду получили в первом туре 680,550 голосов, и 549,152 голосов, соответственно. Во втором туре Игорь Додон получил 834,081 голосов (52,1%), а Майя Санду — 766,593 (47,8%) голосов. Другими словами, избирательное превосходство Игоря Додона составило примерно 67 тыс. голосов (5%). Как и на предыдущих президентских выборах, в настоящее время между Игорем Додоном и Майей Санду существует разрыв в предпочтениях населения. Разница примерно в 5-10%, выявленная в ходе опросов, не является определяющей для результатов выборов (см. Таблицу ниже).

Таблица. Намерение проголосовать за основных претендентов (%, 2016, 2019 годы).

Апрель 2016

Октябрь 2016

Ноябрь 2019

Июнь 2020

Игорь Додон (ПСРМ)

18,5

27

21,8

22,4

Майя Санду (ПДС)

12,9

9,3

17,5

11

Андрей Нэстасе (Платформа DA)

7,7

8,1

2,6

1,3

Ренато Усатый

(Наша партия)

4,8

0

4,5

2,4

Источник: IPP.md

Серьезной причиной для осторожного рассмотрения этих пробелов является количество нерешительных граждан, которых около 60% населения. К этому следует прибавить сильные изменения в настроении электората, обусловленные развитием санитарного кризиса (около 46 тыс. случаев инфекций, или более 11.530 случаев на 1 млн. человек) и недостаточностью ресурсов для сокращения климатического кризиса (засуха невидимых размеров —  сокращение урожая примерно на 25%).

2016 против 2020 года

Победа Игоря Додона против Майи Санду в 2016 году, несмотря на незначительную разницу в 4% (или 67 тыс. голосов), была обусловлена сравнительным преимуществом, далеко не благодаря электоральному воздействию индивидуальных заслуг. Ряд контролируемых и непроизвольных политических факторов повлияли на ход выборов в пользу Игоря Додона.

Преднамеренные политические факторы. Во-первых, олигархический режим, возглавляемый Владимиром Плахотнюком между 2016-2019 годами, благоприятствовал Игорю Додону посредством дискредитации в СМИ Майи Санду. Провал самого честного лидера формирующейся оппозиции интересовал Плахотнюка больше, чем победа гипер-скомпрометированной кандидатуры Додона. Часть усилий была сосредоточена на дискредитации в СМИ, апогеем которых стало распространение фальшивки о принятии „30 тысяч сирийских беженцев” из Германии в случае победы Майи Санду. Дезинформация, распространяемая в публичном пространстве, стимулировала определенные голоса за Додона. Другие акции кристаллизовались в виде транспортировки избирателей из приднестровского региона (6 964 человека в первом туре и 16.728 — во втором) и недостатков голосования за рубежом в условиях массовой мобилизации диаспоры (67 205 избирателей в первом туре и 138.720 — во втором туре). Озабоченность по поводу обеспечения правильности голосования в 2020 году связана по-прежнему транспортировки избирателей из приднестровского региона и избирательных участков за рубежом. С одной стороны, президент Додон настаивает на обеспечении права голоса для граждан левобережья Днестра, то есть продвигает их участие. С другой стороны, есть подозрения, что предварительные заявки на регистрацию для голосования за рубежом подвергаются манипулированию, чтобы оправдать рост избирательных участков в России. Подозрения основаны на существенном росте предварительной регистрации молдавских избирателей за пределами страны для выборов 2020 года по сравнению с заявками на парламентских выборах 2019 года (всего 24 тыс.). ЦИК уже распорядилась открыть избирательные участки с постепенным изменением количества избирательных участков в России — с 8 единиц в 2016 году (8% от общего количества в 100 участков) до 38 единиц в 2020 году (18% от общего числа в 202 участка).

Непреднамеренные политические факторы. В 2016 году ПДС едва делала первые шаги в отечественной политике. Она сложилась почти за 5 месяцев до президентских выборов, а политический опыт Майи Санду был на стадии рождения. А голосование в 2016 году было протестом против Додона в большей пропорции, чем в 2020 году, когда Майя Санду собрала личные заслуги. В течение 4-х лет под ее руководством ПДС выдвинула в парламент 14 депутатов. После местных выборов 2019 года формирование располагает разветвленной территориальной инфраструктурой, развитой вместе с Платформой DA, с которой собрала около ¼ голосов населения. Политическая траектория, пересекаемая Майей Санду в период с 2016 по 2020 год, была отмечена главным образом отказом от должности премьер-министра в борьбе за реформирование прокуратуры. Этот шаг затмил критику, связанную с технической коалицией с ПСРМ, созданную после демонтажа олигархического режима летом 2019 года.

Выборы с геополитикой или без нее?

В соответствии с конституционными положениями, президент назначает судей и генерального прокурора по рекомендации других учреждений (Высший совет магистратуры и, соответственно, Высший совет прокуратуры). Он также является политическим актером, который предлагает кандидатуру премьер-министра и может затягивать принятие законов, пользуясь правом вето (один раз на закон). Во многих отношениях функция президента (взаимо)зависит от других учреждений, таких как преобразование права на законодательную инициативу в закон, фактически принятый. Таким образом, он не может быть полностью самодостаточным, а области, в которых он действует автономно, являются незначительными по числу. По этой причине сила президента во внутренней и внешней политике зависит от достаточного представления его политических интересов в парламенте и правительстве. Следовательно, должность президента без парламентского большинства и удобного правительственного состава ослабят его мандат межинституциональными конфликтами.

В области внешней политики основная обязанность президента связана с переговорами и подписанием международных договоров, которые впоследствии должны быть ратифицированы парламентом. Эти ограничения были обойдены президентом Игорем Додоном, когда он запросил статус страны-наблюдателя в Евразийском экономическом союзе, который был предоставлен в мае 2018 года (IPN, май 2018 года). Следовательно, с некоторыми отклонениями, президентские полномочия могут временно частично расширяться, особенно если отсутствует обращение в Конституционный суд.

До начала избирательной кампании, Игорь Додон и Майя Санду сформулировали в основном послания, затрагивающие социально-экономические проблемы страны. Несмотря на отсутствие чрезмерного рвения, Додон сохраняет геополитический акцент путем повторения мульти-векторного характера внешней политики, способствуя росту российского влияния. За это он может получить помощь России (межгосударственный кредит, гуманитарную помощь) и привлечь умеренных и пророссийских избирателей. Эта геополитическая зависимость отличается от отношений с Западом, которые основаны на расширении реформ, проведение которых укрепляет демократические институты. Именно этот вид внешней политики тонко продвигает Майя Санду. Несмотря на то, что она не делает прозападных высказываний, она заменяет их преданностью правовому государству в Молдове, которое представляет собой установление западного принципа модели развития.

Пока Молдова находится за пределами ЕС, а Россия присутствует через приднестровский регион и Гагаузскую автономию, „геополитическое голосование” будет фигурировать на выборах. В отличие от 2016 года, основные политические конкуренты используют геополитику в более тихом или замаскированном режиме. Оба лагеря понимают, что открытое геополитическое позиционирование может быть недостатком в поляризованном обществе. Любое движение на этом участке будет тщательно рассчитано для снижения избирательных издержек.

Вместо выводов…

Игорь Додон и Майя Санду знали, что являются главными конкурентами на пост президента задолго до начала предвыборной подготовки. Единственный подходящий вопрос касается геополитического голосования и будет ли он существенным, чтобы определить победителя.

До сих пор только Игорь Додон напомнил о внешней политике. Главный лидер оппозиции Майя Санду обратила внимание на темы в сфере внутренней политики. В поляризованном обществе по нескольким критериям, включая внешнюю ориентацию страны, геополитическое позиционирование может изолировать потенциальных избирателей.

В любом случае, удачнее всего, как кажется, позиционируется Игорь Додон благодаря мульти-векторной политике, объединяющей умеренные и пророссийские голоса. Тем не менее, Майя Санду может компенсировать отсутствие контурированной риторики по внешней политике путем сосредоточения внимания на реформах, включая борьбу с коррупцией. Помимо практических эффектов, они материализуют западные принципы функционирования государства. „Геополитическое голосование” неизбежно, поскольку выборы мобилизуют диаспору и молдавских мигрантов, но их доля еще не полностью решена и предсказуема.

Источник: https://www.ipn.md/ru/moldova-prezidentskie-vybory-bez-geopoliticheskogo-golosovaniya-analiz-dionisa-c-7978_1076311.html