Американские переговорщики говорят о «новой готовности» России к диалогу. Почему опрошенные DW эксперты сомневаются в скором прорыве, что стоит за всплеском дипломатической активности и какая роль отведена Европе?
Тема возможных переговоров об окончании войны России против Украины после многомесячной паузы вновь обрела актуальность. Американская делегация в составе спецпосланника президента США Стива Уиткоффа и зятя Дональда Трампа Джареда Кушнера сначала посетила Москву, где провела переговоры с президентом РФ Владимиром Путиным, а затем приехала в Киев. Там американцы 6 сентября встретились с президентом Украины Владимиром Зеленским и другими представителями украинских властей. К консультациям также присоединились советники по национальной безопасности Франции, Германии и Великобритании.
Как сообщил журналистам источник в Елисейском дворце, в Киеве американцы проинформировали европейских партнеров об итогах своих переговоров с Путиным. По словам источника, американские переговорщики сообщили французской стороне о «новой готовности России к переговорам» после выборов в Госдуму РФ и о необходимости в этой связи готовиться к «новому старту» переговорного процесса.
Зачем Вашингтону переговоры сейчас
В Брюсселе поездки спецпредставителей США приветствовали, но оценили перспективы переговоров осторожно. «Нам необходима готовность со стороны России, которой мы сейчас явно не видим», — заявил 8 сентября представитель Еврокомиссии Кристиан Виганд. По его словам, ЕС должен продолжать санкционное давление на Россию и поддержку Украины, чтобы побудить Москву добросовестно вести переговоры и стремиться к достижению справедливого и прочного мира.
Всплеск дипломатической активности, однако, еще не означает, что стороны стали ближе к соглашению: опрошенные DW эксперты подчеркивают, что у каждого из участников процесса есть свои причины демонстрировать заинтересованность в переговорах.
По оценке эксперта по вопросам безопасности Роланда Фройденштайна (Roland Freudenstein), сооснователя брюссельского аналитического центра Brussels Freedom Hub, у администрации Трампа есть собственный политический интерес в возобновлении переговоров. «Американская администрация заинтересована в достижении какого-либо соглашения или хотя бы в появлении перспективы соглашения до промежуточных выборов в США, поскольку Трамп хочет выглядеть миротворцем», — сказал он в интервью DW.
А вот Россия, считает эксперт, преследует другую цель, вовсе не связанную с предстоящими там выборами. Путин стремится максимально дистанцировать Вашингтон от Киева. Но поскольку до сих пор добиться полного прекращения американской поддержки Украины ему не удалось — США предоставляют разведданные и продают оружие, которое оплачивают европейцы, — российский президент постоянно подогревает у администрации Трампа надежду на возможный компромисс, полагает Фройденштайн. «Он продолжает поддерживать иллюзию, что вот-вот пойдет на компромисс. Но он не шел на компромисс четыре с половиной года и не пойдет, пока считает, что выигрывает. А он так считает», — заявил аналитик.
У Киева в этой «игре-треугольнике», как называет ее Фройденштайн, тоже есть свой интерес: сохранить дистанцию между Трампом и Путиным и показать Вашингтону, что препятствие для достижения мира — это не Украина. По оценке эксперта, Киев уже пошел на существенные уступки по сравнению со своей переговорной позицией 2022 года и теперь стремится продемонстрировать, что следующий шаг должна сделать Россия.
Готова ли Москва к компромиссу по Украине
Все опрошенные DW эксперты скептически оценивают перспективы прорыва в переговорах и пока не видят признаков того, что Москва на самом деле готова изменить свою позицию.
«Я крайне скептически отношусь к перспективам и мирных переговоров с Америкой, и тем более с подключением сюда европейцев», — говорит директор исследовательской программы по Восточному соседству ЕС и России Финского института международных отношений (FIIA) Аркадий Мошес. По его словам, публичная позиция России остается «крайне радикальной», а Путин «всячески подчеркивает, что собирается выиграть войну, а не дипломатическую схватку». Эксперт полагает, что на возможных переговорах Москва будет опираться прежде всего на результаты боевых действий и эскалации. «Пока что я вообще почвы для серьезных переговоров не вижу», — резюмирует он.
Предположение, что после выборов в Госдуму может открыться новое окно для переговоров, — это принятие желаемого за действительное, убежден и старший научный сотрудник Центра передовых исследований в области безопасности, стратегии и интеграции (CASSIS) Боннского университета Юлиан Романишин. По его мнению, эти выборы ничего не изменят в российской политике, поскольку ключевые решения не зависят от их результатов.
Фройденштайн, в свою очередь, обращает внимание на отсутствие конкретного наполнения у переданного американцами сигнала: «Возникает вопрос: а в чем здесь содержание»? По мнению эксперта, на ближайшие несколько месяцев у Путина нет причин менять свою позицию. «В долгосрочной перспективе — это уже другой вопрос», — добавляет Фройденштайн.
Почему мирных переговоров ждут именно «после выборов»
Почему возможное возобновление переговоров привязано именно к выборам в Госдуму РФ, пока неясно. На прямой вопрос об этом источник в Елисейском дворце ответил, что может только строить догадки о мотивах российской стороны. По его словам, французская сторона лишь получила от американских переговорщиков соответствующий сигнал из Москвы.
Романишин допускает, что разговоры о необходимости подождать до выборов могут быть связаны с интересами Москвы. По его мнению, Россия заинтересована в том, чтобы затормозить усиление санкционного давления, в частности дальнейшее продвижение в Конгрессе США подготовленного сенаторами Линдси Грэмом и Ричардом Блюменталем законопроекта о новых санкциях. Призывы еще немного подождать в надежде, что затем Кремль добросовестно приступит к переговорам, по его оценке, могут способствовать такой отсрочке.
Фройденштайн считает более существенным для расчетов Кремля другой временной фактор — предстоящую зиму. По его мнению, Путин рассчитывает массированными ударами ракет и беспилотников разрушать энергетическую инфраструктуру Украины, провоцируя проблемы с энергоснабжением, новую волну беженцев и новые жертвы среди мирного населения. «Этой зимой он попытается сломить Украину«, — говорит эксперт.
Если этот расчет не оправдается и Украина выстоит, ситуация, по мнению Фройденштайна, может измениться — особенно если Киеву удастся вернуть себе часть территории. «Тогда весной Путин, возможно, пересмотрит свою позицию и наконец изменит некоторые из своих максималистских требований», — предполагает он.
Какая роль отведена Европе в новых переговорах
Новшеством нынешней дипломатической активности стало непосредственное участие в консультациях США и Украины так называемой E3 — Франции, Германии и Великобритании. В Елисейском дворце подчеркнули, что формат США-Украина-E3 в таком виде был создан впервые, и выразили уверенность, что европейцы будут и в дальнейшем вовлечены в переговорный процесс.
«Объективно роль Европы сегодня в военной поддержке Украины первоочередная, она, в общем, определяющая», — отмечает Мошес. Европейцы оплачивают американские поставки вооружений Украине, а также несут значительную часть расходов на поддержку украинского бюджета. При этом, по словам эксперта, «их роль в дипломатическом урегулировании явно не соответствует их роли в фактическом ходе войны«.
Одним из наиболее значимых результатов киевских консультаций Романишин считает участие в них E3. По его словам, этот формат позволяет представить европейские интересы, не перегружая возможные переговоры большим числом участников. Кроме того, у E3 уже есть опыт совместной дипломатии — Франция, Германия и Великобритания участвовали в переговорах по иранской ядерной программе.
Выбор именно этих трех стран имеет и практическое значение, продолжает Романишин: Германия — главный поставщик военной помощи Украине, а Франция и Великобритания — лидеры «коалиции желающих», разрабатывающей гарантии безопасности для Украины. По мнению политолога, участие E3 в возможных переговорах имеет смысл закрепить и на дальнейших этапах процесса.
Однако даже при всем при этом «Россия не считает, что Европа может и тем более должна быть равноправным участником этих переговоров», отмечает Мошес.
E3 — это еще не Евросоюз
Достаточно ли Брюсселю участия E3 или Евросоюз рассчитывает на собственного представителя за столом возможных переговоров? Прямого ответа на этот вопрос представитель Еврокомиссии Кристиан Виганд не дал.
Он подчеркнул, однако, что Евросоюз находится в постоянном контакте со всеми ключевыми участниками и «готов играть свою роль» в поиске дипломатического решения. По словам Виганда, Евросоюз непосредственно вовлечен в вопросы безопасности Украины, ее восстановления и будущего членства в ЕС, а также в санкционную политику в отношении России.
Какие рычаги воздействия на Москву есть у Европы
Само присутствие за столом переговоров, однако, еще не гарантирует влияния на их результат. По мнению Романишина, у европейцев есть целый ряд инструментов, которые они могут использовать, чтобы усилить давление на Москву и добиться от нее готовности к серьезным переговорам.
Одним из таких рычагов эксперт называет замороженные в ЕС российские активы, значительная часть которых находится в Бельгии. По его мнению, уже сама угроза их конфискации могла бы стать инструментом давления на Кремль, а если этого окажется недостаточно, активы следует конфисковать и направить на поддержку Украины. Другой инструмент — дальнейшее ужесточение санкций, в частности против российского «теневого флота» и компаний в третьих странах, помогающих Москве обходить ограничения.
Романишин также считает необходимым продолжать военную поддержку Украины, в том числе помогать развивать ее возможности для дальних ударов по РФ, а еще одним рычагом называет будущие гарантии безопасности. Так, «коалиция желающих» рассматривает возможность размещения многонациональных сил в Украине после прекращения огня, а Москва выступает категорически против такого военного присутствия.
Мошес также считает, что возможности европейцев не ограничиваются финансированием Украины. Среди возможных инструментов он называет технологии, военное присутствие или отказ от него в случае достижения мира, наблюдение и дипломатическую поддержку.
Источник: www.dw.com
