Власти России видят литературу, музыку и кино только в качестве оружия. При этом никто не сделал так много для канселинга «великой русской культуры» как Владимир Путин, считает Иван Преображенский.
Российский лидер внезапно разоткровенничался во время проведения совета по культуре и искусству. Вспомнив выражение, приписываемое российскому императору Александру III, Путин сообщил, что союзники России не только ее армия и флот. Это еще и литература, и музыка, и кино — в общем, в традиционном смысле культура, а в понимании российских властей — пропаганда. В другом разрезе, не в качестве оружия, они культуру явно давно не мыслят.
Немягкая сила Кремля
Советский Союз, как и США, рассматривал свое культурное влияние как часть мягкой силы. Русский балет и советский цирк пытались конкурировать с «американским образом жизни», колеся по миру вместе с хором Александрова, который, даром что военный, но пел больше мирные песни. Александровцы погибли — они летели в Сирию, где Россия вела жестокую и кровавую войну, ставшую, как позднее выяснилось, только репетицией перед полномасштабной агрессией против Украины.
В начале этой новой войны в мире начались разговоры о том, что деятелям культуры, которые поддерживают Владимира Путина и его режим, а тем более выступают в роли агитбригад для оккупационной российской армии в Украине, надо бы запретить въезд в условный «демократический мир». Мир этот и правда настолько демократичный, что запреты тут же в нем вызывают сомнения. Так что, несмотря на громкие крики российской пропаганды о якобы начавшемся повсеместно канселинге русской культуры, его так и не случилось. Отдельные и часто временные эксцессы, вроде переименования «русских перогов» (вареников) в Польше в украинские и «русского» мороженого в Чехии опять же в украинское — не в счет.
Даже те, кто в прошлом откровенно сотрудничал с путинским режимом, вроде оперной дивы Анны Нетребко или спортсменки Елены Исинбаевой, смогли продолжить работу в Европе. Въезд закрылся только для самых приближенных к власти «деятелей культуры», вроде сотрудничающей с Минобороны России певицы Ларисы Долиной, выступавшей доверенным лицом Владимира Путина во время имитации президентских выборов в России в 2024 году, ее коллег Полины Гагариной, или, скажем, актера Ивана Охлобыстина.
Гагарина, надо заметить, судится с ЕС, пытаясь доказать, что ее творчество должно лежать в свободном доступе на зарубежных музыкальных стриминговых сервисах.
Впрочем, и без условного Spotify российская «высокохудожественная» попса пробивает себе дорогу на Западе. Взять хотя бы раскрученную кремлевской пропагандой песню «Матушка Земля», которую ей удалось превратить в неформальный гимн и продвигать наподобие советской «Катюши». Нет, конечно, Дональд Трамп, вопреки роликам российских фейкометов, ее в машине не слушает. Зато по соцсетям разлетаются реальные видео с известного французского горнолыжного курорта, который давно облюбовали обитатели подмосковной Рублевки. Легко пробив себе шенгенские визы они размахивают российскими флагами в ЕС и приплясывают под «Матушку Земля» в Куршевеле.
Другой пример — «Интервидение». Россия не только создает фальшивые сайты зарубежных медиа, чтобы размещать на них свою пропаганду, но и за 750 млн рублей воссоздает, опять по советскому лекалу, конкурс-дублер «Евровидения». Лицом его должен стать косплеящий нацистскую эстетику подсанкционный Shaman (Ярослав Дронов), звезда российской пропаганды. Компанию ему составят гости из «дружественных» стран.
К винтовке приравнять смычок
Все это культурное «великолепие» только на первый взгляд является классической мягкой силой, демонстрацией своего образа жизни. В реальности же оно так же функционально, как самая бесстыдная российская пропаганда про «распятых мальчиков». И это заявляю не я, это рассказал сам Владимир Путин на заседании Совета по культуре.
Из контекста его довольно длинного и путаного рассуждения понятно, что он рассматривает «культуру» как инструмент, при помощи которого можно влиять на экономические и даже на военные процессы. Кино у него — именно про войну, а из музыки он вспомнил только Ленинградскую, посвященную войне, симфонию Дмитрия Шостаковича. Иначе говоря, Владимира Путина интересует сейчас только то, что можно использовать для военных целей.
В то же время невоенное (про антивоенное я и не говорю — оно криминализовано) искусство последовательно уничтожается. Издаются книги с цензурированным содержанием, закрываются издательства, изымаются из магазинов произведения нелояльных авторов, а в библиотеках для них воссоздается спецхран. Выставки разгоняются, мастерские художников и скульпторов захватываются. Талантливые музыканты, в чью раскрутку не надо вкладывать государственные деньги, потому что они и так популярны, получают запрет на концертную деятельность. Некоторых, как пианиста Павла Кушнира, фактически убивают.
Под кремлевские стоны про мифический канселинг русской культуры на Западе настоящий запрет на ее развитие наложен в России. Все, что нельзя превратить в шестеренки военной машины, тотально уничтожается. Путинизм и живая культура просто несовместимы.
Автор: Иван Преображенский, кандидат политических наук, эксперт по Центральной и Восточной Европе, обозреватель ряда СМИ
Источник: www.dw.com