В минувший вторник президент Украины Владимир Зеленский заявил, что Владимир Путин хочет в первую половину декабря показать хотя бы какой-то тактический результат в войне против Украины, поэтому боевые действия на Донбассе стали намного более интенсивными. Российские войска постоянно предпринимают попытки штурма, а ВСУ, в свою очередь, стараются их сдерживать и контратаковать. Последние новости с фронта Настоящему Времени прокомментировал украинский военный эксперт Роман Свитан.
– На одних участках Россия наступает, на других – Украина. На чьей стороне сейчас инициатива?
– Инициатива на стороне той армии, которая ставит перед собой стратегические цели и их выполняет. У россиян цель сейчас не стратегическая, даже не оперативная, больше тактическая: занять лучшие рубежи для обороны. Они пытаются восстановить утраченные ранее позиции. То есть это не инициатива, это такая попытка забазироваться на лучших рубежах перед осенне-зимним периодом и в период дождей.
Они пытаются выйти на те высоты, с которых мы их сбросили за последние полгода в районе того же Бахмута. Та же самая картина в районе Купянска. Там нужны россиянам высоты для того, чтобы не оказаться в период ливней в затопляемых низинах и по пояс в воде. Та же картина в районе поселка Новодонецкого, то есть это Времевский выступ так называемый, где мы его срезали, зашли на высоты и остановились. Мы улучшили свои оборонительные позиции на восточном направлении, так как это у нас не стратегическая задача. Все вопросы, которые сейчас решаются в районе Авдеевки, у россиян та же задача: сбросить нас с высот. Сама по себе Авдеевка на высоте, это господствующая высота над Донецком. И у них эта задача: выйти на высоту и не более того, там нет стратегических задач.
– А что вы тогда называете стратегической задачей? То есть если Россия хочет вернуться на высоты, которые ранее потеряла, а Украина тогда какие задачи выполняет?
– Первая задача из этапов – это освобождение Крыма. Без освобождения Крыма, без уничтожения российских войск в Крыму нам нельзя выполнять дальнейшие движения по освобождению Донбасса или даже запорожского направления. Потому что может быть такая же ситуация, как была в прошлом году. Когда россияне выйдут из Крыма, ударят нам в спину, допустим, в районе того же Мариуполя. Чтобы не повторился прошлогодний сценарий, нам надо сначала освободить Крым.
– А потом уже Запорожскую область?
– А потом уже Запорожскую и Донецкую области.
– Вы думаете, что сначала, условно, будут освобождать полуостров, а потом уже Мелитополь, Бердянск и пойдут к Мариуполю?
– Да, так и будет. Движение в сторону Токмака выполняется в стратегической парадигме освобождения Крыма. То есть мы почему движемся на Токмак? Для того чтобы можно было выйти на железную дорогу, которая ведет в Токмак, и уже со стороны железной дороги можно по дальности около 30-40 километров доставать до сухопутного коридора, который идет от Бердянска в Мелитополь, то есть не до самого Мелитополя доходить, а надо нам доставать артиллерией для того, чтобы перерезать снабжение в Крым, уничтожить Керченский мост и дальше заходить в Крым со стороны Армянска, почему мы сейчас на левом берегу и разворачиваемся.
Это общая стратегическая задача, и мы ее выполняем. То есть инициатива полностью на стороне Украины. Мы сейчас не можем двигаться по Донбассу, потому что у нас нет там стратегической задачи на данный момент, только после Крыма на Донбасс. Нам надо там забазироваться, закопаться, то есть перейти в глухую оборону, то, что мы сейчас и сделали: заняли высоты и перешли в глухую оборону по Донбассу.
– У главнокомандующего Вооруженными силами Украины Валерия Залужного совсем не такие настроения, исходя из того интервью, которую я читала. Он, наоборот, говорит, что это все зашло в тупик.
– Да, дело в том, что для выполнения стратегической задачи нам нужно достаточное количество вооружения. И генерал показывает, что мы не можем двигаться дальше, допустим, на тот же Крым, на тот же Токмак, потому что нам надо достаточное количество вооружений, причем не просто вооружений, а еще и новых модификаций. То есть самолеты самолетами, само собой, но нужны ракеты к HIMARS, РСЗО так называемые, ракеты М26 для продвижения, для серьезных действий. То есть нужна техника, нужно достаточное количество боеприпасов. А на данном этапе мы можем зайти в тупик, и, в принципе, он просто видит движение техники, которая есть, и боеприпасов, которые есть. И он видит, что не восполняются или не выполняются требуемые количества. Потому он это и говорит: «Можно сказать, что уже зашли в тупик».
Но стратегическую задачу же никто не отменял. Эта статья очень грамотно отмодерировала в Америке дебаты по Украине: мы получили новые партии вооружений, нам тут же подняли финансирование наши европейские союзники. Чуть ли не в два раза на следующий год та же Германия, некоторые позиции открылись по Франции, Великобритании, по Испании. То есть довольно-таки положительный эффект вызвала эта статья. Показала, что если не будете увеличивать, не то что давать то, что мы просим сейчас на данный момент, а увеличивать поставки, то этот глухой угол, в который могут зайти боевые действия, в конце концов приведет к усилению российской армии. У россиян будет время на восполнение потерь. А так как скорость восполнения потерь у россиян намного больше, чем у Украины, это может привести к довольно плачевным результатам. Потому возымела действие эта статья и мы получаем вооружение.
– Роман, скажите тогда, а что происходит на левом берегу Днепра?
– Там разворачиваются наши войска, выполняется пока первая задача в таком рейдовом режиме: зачищается от российских войск поверхность где-то на глубину от трех до восьми километров. По крайней мере, эти цифры сегодня были озвучены спикером-главнокомандующим. На ширине где-то километров семьдесят-восемьдесят от Черного моря по левому берегу, от трех до восьми километров на глубину. Это еще не плацдарм, то есть нельзя это называть плацдармом. Идет подготовка к созданию плацдарма.
– А почему это стало возможным, если там обосновалась российская армия, вроде как удерживала левый берег?
– Недостаточное количество сил и средств. Дело в том, что все силы и средства россияне бросили сейчас, и резервы в том числе, на выполнение задач подготовки к зиме по восточному фронту. Они ввели в бой уже все свои резервы. Вывод из боя любого подразделения – потеря 50% боеспособности подразделения, его нет смысла тогда перебрасывать на другой участок фронта, оно уже потеряло боеспособность. То есть именно сейчас, когда последние резервы были введены в бой на авдеевском направлении, а это последние резервы у россиян, просто больше ничего нет, началось развитие нашего наступления по левому берегу Днепра, им нечем его перекрыть, просто нечем.
Источник: www.currenttime.tv