«Готовимся только к худшему». Как россияне теряют работу из-за санкций

0 302

Более 250 иностранных компаний с общим числом сотрудников более 200 тысяч человек приостановили работу в России с начала так называемой «спецоперации» на территории Украины. Многих людей не уволили окончательно, но необходимость искать новую работу все равно появилась: сотрудникам объявили о неоплачиваемых отпусках либо же сократили зарплату до минимума. Часть компаний перестали набирать новых работников. Эксперты говорят, что в кризис работу могут потерять до 20% россиян.

«Пока испытала страх»

Житель Владивостока Виктор Егоров около девяти лет отработал в магазине японских автозапчастей. Машины из Японии очень популярны на Дальнем Востоке, но с началом так называемой «спецоперации» в Украине и последующих санкций цены на комплектующие резко выросли. Хозяин фирмы не смог купить следующую партию товара по новой цене, поэтому решил сократить расходы.

 Пока что меня отправили в неоплачиваемый отпуск, но по сути  это увольнение, потому что сколько продлится такой отпуск  никто не знает  говорит Виктор. – Я не знаю, что будет дальше, да и никто не знает  спросите любого экономиста сейчас. В России бывали всякие кризисы, но такого, мне кажется, мы пока не видели. Что я буду делать дальше? Ну, как говорят психологи, надо сейчас чуть подождать, осмотреться. Плохо, конечно, что сбережений у меня фактически нет, а семью надо чем-то кормить все равно. Но я решил жить новым днем просто: завтра посмотрим, что будет.

С начала «спецоперации» из России начали уходить крупные бренды одежды и сети общественного питания. Закрылись магазины H&M, Zara и Zara Home, Bershka, Massimo Dutti, Stradivarius и другие. Прекратила работу сеть быстрого питания McDonald’s, где трудоустроены 62 тысячи человек. Ушли из России IKEA, Puma, Pepsico и многие другие западные компании.

Жительница Красноярска Елена работала в одном из магазинов одежды в местном торговом центре «Планета». Сейчас она ищет работу.

 Когда я узнала, что мы больше пока не работаем, то просто испытала страх, — рассказывает Елена.  Страх, потому что у меня сейчас ипотека, и как я ее будут платить  сложно сказать. Нас пока еще не уволили, но мне почему-то кажется, что компании не вернутся в Россию. Я в «Планету» даже захожу пока с болью: смотрю на эти закрытые двери… Нам сказали, что зарплату в этом месяце будут платить, но вдвое меньше. В апреле  уже не точно, поэтому по сути я потеряла работу: оплачивать счета я не смогу. Почему так происходит? Ну, мне сложно сказать, политикой я никогда особо не интересовалась. Настраиваю себя, что просто начался очередной кризис, который нужно пережить. Готовимся к худшему, как у нас в России и принято.

«Я не знал, что сказать родителям»

Житель города Энгельс в Саратовской области Александр Паутов планировал начать работу бортпроводником в компании S7. Это дало бы возможность переехать из провинции в Москву с неплохой, даже по меркам столицы, зарплатой. На подготовку к медицинской комиссии и саму комиссию, которая проходила в другом городе, Александр потратил 28 тысяч рублей.

 Я мечтал пилотировать военные самолеты, а появилась эта мечта после того, как я посмотрел один видеоролик на Youtube: нарезка боевых вылетов американских пилотов. Но так случилось, что с рождения имею некоторые проблемы со здоровьем, с которыми пилотом стать не суждено. И мечта забылась. А тут в январе я увидел вакансию бортпроводника S7 и сразу же вспомнил фильм «Вид сверху лучше». Смотрел его еще будучи ребёнком, тогда он мне очень понравился. И вот я задумался, пусть не пилотом, но я смогу летать, да и зарплата хорошая, и переезд в Москву…. Вот потому и решил попробовать себя в этой должности. Когда я шёл на собеседование, думал о зарплате в 75-80 тысяч рублей, но когда прошёл собеседование, меня добавили в чат и скинули презентацию, в которой говорилось, что зарплата будет в районе 110 тысяч, все зависимости от часов которые налетаем. А дальше, со стажем, зарплата будет только выше,  рассказывает Паутов.

Но 28 февраля компания S7 объявила, что в связи с санкциями приостанавливает набор новых сотрудников, чтобы оценить сложившуюся ситуацию. Евросоюз ввел запрет на полеты самолетов над территорией его стран, США и другие западные страны обязали лизинговые компании разорвать договоры с российскими компаниями, использующими иностранные самолеты.

 Когда я прочитал новости о начале так называемой «спецоперации», то уже потихоньку готовился к худшему,  говорит Александр. – Спустя несколько дней появилась новость о том, что на западе России закрываются аэропорты, и наш куратор сообщил, что собрание, а следовательно, и обучение сдвигаются, так как представитель S7 должен был к нам прилететь, а теперь вынужден ехать на поезде. И вот 28 февраля сообщают, что S7 прекращает обучение и наем сотрудников. Словами не передать, что мы все тогда почувствовали, я просто обомлел, прочитав это сообщение. Я не знал, как сказать это родителям, которые помогли с деньгами, не знал, как сказать девушке, что я уволился с работы ради этого, и были мечты переехать, а в итоге  ни работы, ни переезда. С большим трудом я прошёл комиссию, а тут такое… Я замкнулся в себе, от этой всей несправедливости, от потраченных сил в никуда и потраченных денег.

Александр пока не знает, куда и кем пойдет работать.

 Знакомых и родных сложная экономическая ситуация пока не коснулась, однако это лишь вопрос времени. Наша экономика уже пробивает очередное дно, достаточно посмотреть курс доллара и евро. Компании уходят из страны, закрываются заводы. Медведев, конечно, заявляет о национализации, но в России некоторые компании просто занимались дистрибуцией. Что у них национализировать, пустые склады? А предприятия, которые собирали технику и автомобили из зарубежных частей, как будут без них работать? Национализация — это очередной выстрел в ногу от наших властей, ведь ни одна нормальная компания не захочет иметь дело со страной, которая впоследствии может отжать то, что принадлежит тебе. Я думаю, наши власти могли бы исправить ситуацию, но делать они этого не будут, ведь это означает признать поражение, а для них это неприемлемо. Но даже это не спасёт страну, поскольку я считаю, чтобы вернуть доверие и уважение, нужно убирать людей, принявших это ужасное решение, уничтожающее обе страны.

«Число безработных может составить 15 млн»

Рынок труда в России испытывает шок, говорит научный сотрудник Мельбурнского института прикладных экономических и социальных исследований Максим Ананьев. В относительной безопасности сейчас только бюджетники и сотрудники крупных предприятий нефтегазовой отрасли, металлургии и машиностроения, – считает экономист.

– Потому что нефтегазового эмбарго пока нет, а доллары в казну поступают, – говорит Ананьев, – И их пока хватит на то, чтобы содержать на предыдущем уровне тех людей, которые раньше зависели от этой выручки. Цифры такие: в России работает 72-73 млн человек, из них примерно 15 млн – это бюджетники: врачи, учителя, военные, административные работники разных уровней власти. Насколько я могу судить, ситуация с работой для этих людей сейчас – наиболее безопасная. Им сложно ожидать роста доходов, возможно, будет падение из-за инфляции, но работу они, скорее всего, сохранят.

В относительной безопасности также работники крупных предприятий. Даже если это частные компании, то это все равно очень важная для государства тема. Потому что какие-то волнения на крупных предприятиях очень опасны, и государство на самотёк пускать здесь все не будет. Скорее всего, как во время кризиса 2008-2009 года, будут субсидии, чтобы не допустить серьезных проблем на этих предприятиях. Понятно, что это будет сопровождать перфомансами, типа «Путин едет в Пикалево» (в 2009 году Владимир Путин публично якобы заставил предпринимателя Олега Дерипаску подписать соглашение с поставщиками, чтобы перезапустить завод в Пикалево – С.Р.),– говорит Ананьев.

Еще более 30 млн человек в России трудятся в малом и среднем бизнесе, сфере услуг, розничной торговле и других сферах. Власти уже объявили, что направят на поддержку рынка труда около 500 млрд рублей, которые пойдут на выплату пособий, переобучение сотрудников, организацию временной занятости для безработных.

– Я думаю, что у нас расцветет бизнес по обучению профессиям, которые позволят людям уехать из страны, – говорит Ананьев. – Он и сейчас работает, но вскоре еще больше людей решат учить языки программирования. Понятно, что сам рынок труда будет адаптироваться. А что касается мер поддержки со стороны государства, то тут, понимаете, какая вещь: эти так называемые контрциклические фискальные меры хороши в ситуации циклического кризиса. То есть начался кризис, людям дали пособие, они дома кризис переждали. Сейчас кризис системный, он не связан с какими-то циклами капиталистической экономики. У него политические причины, прежде всего. Можно выделить 500 млрд – рынок их переварит, можно выделить еще 500 – то же самое.

По оценке экономиста, работу на пике предстоящего кризиса может потерять каждый пятый работающий россиянин.

– Важный фактор – это насколько реально сократится экономика. В России в розничной торговле работает 10 млн человек. И сейчас сложно себе представить, насколько сожмется эта отрасль, но очевидно, что сокращение будет, потому что люди начнут покупать меньше и только самое необходимое. Все 10 млн сотрудников работу не потеряют, но, скажем, половина – могут. Будет все плохо с товарами или услугами, которые не являются необходимыми: путешествия, развлечения, гостиничный бизнес, туризм. В этих сферах работает тоже около 10 млн человек. Поэтому я бы сказал, что дополнительно 15 млн безработных у нас могут появиться. Сейчас безработица 4-5%, а может быть около 20%, – говорит Ананьев.

Вице-премьер Татьяна Голикова накануне заявила, что нужно «работать на опережение» и «своевременно реагировать» на ситуацию на рынке, чтобы сохранить россиянам рабочие места. Какой именно может быть эта «своевременная реакция», она не пояснила.

Источник: Сибирь.Реалии

Вам также могут понравиться
Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.