Приемная кампания 2026 года в РФ показала, что бюджетные места в престижных вузах доступны все меньшим категориям абитуриентов. Учеба за границей может стать реальной альтернативой, пишет Ксения Лученко в обзоре для DW.
Приемная кампания в российские университеты в 2026 году показала, что изменения, накопленные в образовательной политике в последние годы, стали ощущаться каждым потенциальным студентом и его родителями. Министр науки и высшего образования Валерий Фальков проговорился недавно, что «нет необходимости такой в тотальном высшем образовании. Нет в нем необходимости с точки зрения (…) рынка труда». Государство последовательно идет к тому, что высшее образование из права становится привилегией, доступной элитам. А в элиту можно попасть либо по рождению, либо через участие в войне.
Максимальные баллы за ЕГЭ теперь не гарантируют поступление даже золотым медалистам и обладателям значков ГТО. Абитуриентские и родительские чаты заполнились скриншотами конкурсных списков: выпускники школ, набравшие по 300 баллов за три ЕГЭ и еще десять за индивидуальные достижения, оказывались во второй и даже третьей сотне претендентов на бюджетные места, то есть, заведомо не проходили в те университеты и на те направления, которые выбрали.
В июне Валерий Фальков, отчитываясь Владимиру Путину о старте приемной кампании, сообщил, что «для приема в этом учебном году установлено 620 481 бюджетное место». Только он не уточнил, что в эту цифру входят места в магистратурах, аспирантурах и на заочной форме обучения. А на программы бакалавриата и специалитета приходится 446 692 места. На них и претендовали 1,5 миллиона абитуриентов, подавшие в сумме 3,4 миллиона заявлений.
В вузы — по квоте, большинство для участников «СВО»
Вроде бы, на первый взгляд, бюджетных мест не так уж мало. Но тут и начинается главное. Как подсчитало издание «Важные истории», в этом году в 18 самых престижных университетов поступили по квоте больше 4000 участников войны РФ против Украины и их детей, что в 1,5 раза выше, чем в прошлом году. А всего по квоте для участников войны в Украине и их детей поступили 42 тысячи абитуриентов.
В некоторых университетах они заняли больше, чем положенные этой категории 10% мест, потому что раньше места, отведенные другим льготным категориям (детям-сиротам, например), но не заполненные, уходили в общий конкурс, а теперь их тоже отдают «свошникам». У большинства из них баллы за ЕГЭ таковы, что без квоты они бы не приблизились и к первой тысяче претендентов на бюджетное поступление.
На оставшиеся бюджетные места претендуют победители и призеры олимпиад, которые имеют право поступить без вступительных испытаний — БВИ. Их зачисляют без конкурса, а места они занимают в том же бюджетном наборе. Некоторые университеты (РУДН, РАНХиГС) уже сообщили, что на все бюджетные места, оставшиеся после льготников, зачислены олимпиадники. На совместной конференции ректоров по итогам основной волны поступления, 7 августа, ректор Физтеха Дмитрий Ливанов сказал, что 53% бюджета заняли призеры и победители олимпиад. Ректор МГИМО, где олимпиадники заняли 57 % бюджетных мест, Анатолий Торкунов уже заявил, что «было бы целесообразно рассмотреть идею квотирования бюджетных мест для олимпиадников».
Высшее образование в РФ по-прежнему доступно всем?
В среднем по стране масштаб олимпиадной льготы, на первый взгляд, выглядит скромно. В прошлом году поступающие БВИ заняли всего 1,5% бюджетного приема. Только вот 55% всех российских олимпиадников сконцентрированы в десяти самых престижных университетах.
Высшее образование в России по-прежнему массовое. Государство ежегодно распределяет сотни тысяч бюджетных мест, а в некоторых регионах университеты не могут заполнить их даже после дополнительного приема. Эта статистика позволяет чиновникам говорить о доступности образования и не краснеть, а министерству образования — утверждать, что больше половины выпускников школ могут попасть на бюджет.
Но олимпиадники, «стобалльники» и дети из семей, способных оплатить подготовку к поступлению, переезд и жизнь в большом городе, стягиваются со всей страны в несколько университетов. Этому предшествуют годы подготовки, стресса и родительских инвестиций. Пустующее бюджетное место в слабом региональном вузе дает чиновникам возможность отчитаться о доступности образования и равенстве возможностей, но никак не облегчает судьбу выпускника, который пахал ради сдачи ЕГЭ, и вынужден поступать, куда придется, а не куда стремился.
Олимпиадники и раньше шли вне конкурса и занимали большую часть мест в топовых университетах: МФТИ, НИУ ВШЭ, МГУ, МГТУ им Баумана, СпБГУ, ИТМО, МГИМО и т.д. Но оставалась возможность поступать на платное и гибкая система скидок. Теперь цены растут: в 2026/27 учебном году обучение подорожало в среднем на 10,7%, а на отдельных программах — более чем на треть.
Стоимость многих столичных программ уже перевалила за 1 миллион рублей в год, большая часть колеблется в диапазоне от 400 до 700 тысяч рублей, к этим расходам надо прибавить оплату жилья в Москве или Петербурге. При этом раньше раньше университет сам решал, сколько студентов принять за деньги. Если желающих оказывалось много, платный набор можно было расширять почти без ограничений, лишь бы хватило помещений и преподавателей. С 2026 года государство установило каждому университету потолок по 40 специальностям. То есть, количество платных мест существенно ограничили. А университеты еще и сократили скидки.
Если не в вуз, то воевать
Но и это не все. В июле один из ведущих российских университетов — НИУ ВШЭ предложил абитуриентам, которым не хватило баллов для поступления на бюджет, инновационную стратегию поступления: заключить контракт с Минобороны, год отслужить в беспилотных войсках или добровольческом формировании «БАРС», после чего университет обязуется выделить ему бесплатное место. Если выживет.
За НИУ ВШЭ потянулись другие вузы — столичные ВГИК и МАрхИ, даже Консерватория выступила с аналогичными предложениями. Уфимский университет науки и технологий запустил программу с названием «Служба как старт». Вот только все контракты в российской армии заключаются «до окончания периода мобилизации» (то есть, с открытой датой), а из войск БПЛА легко попасть в штурмовики, да и операторы дронов регулярно гибнут. И тем не менее для многих абитуриентов это предложение может оказаться привлекательным: денег на оплату обучения у семей нет, в Вышку поступить хочется, а в собственную смерть в 18 лет мало кто верит всерьез.
Параллельно школьникам в последнее время усложняют доступ в десятый класс, по сути, вынуждая их идти в колледжи. При этом поступить в хороший колледж не сильно легче, чем в хороший университет, а на пути к высшему образованию через среднее специальное — все та же армия, ведь отсрочку можно использовать только один раз.
Зато у девушек есть шанс, поступив на платное обучение, перевестись на бюджет и получить разнообразные льготы. Только перед этим нужно посетить роддом. Ведь сам Владимир Путин поручил министру образования «разработать и направить в образовательные организации высшего образования рекомендации по созданию при осуществлении образовательного процесса благоприятных условий для женщин, родивших ребенка в период обучения». И некоторые университеты уже предлагают отдать таким женщинам бюджетные места.
Учеба за границей — реальная альтернатива российскому образованию
Разочарованные абитуриенты этого года, не поступившие, куда хотели, расползутся по региональным вузам — в первую очередь, в те, которые посильнее: в Казань, в Томск, Новосибирск, Екатеринбург и Нижний Новгород. Вытеснят тамошних более слабых претендентов на бюджетные места в те университеты, где традиционно был недобор. Но, в целом, очевидна развилка: если ты не хочешь учиться «чему придется, где получится», то либо используешь участие в войне как рискованный карьерный лифт, либо надо уезжать учиться в другие страны. Иначе в это бутылочное горлышко не пролезть.
Растет рынок консультантов-«помогаторов», которые сопровождают процесс поступления в зарубежные университеты. Все еще можно, если начать готовиться за пару лет, поступить в Европу: в Германии образование по-прежнему бесплатно для всех, во Франции или Италии цены ниже российских, а стоимость жизни в целом сопоставима с Москвой и Петербургом. Нервов и денег уходит не больше, чем на подготовку к ЕГЭ или олимпиадам, а результат более предсказуемый. Увеличивается поток российских студентов, уезжающих в Китай. Открыты Казахстан, Узбекистан, Армения — везде есть университеты, которые принимают российских выпускников школ и усилены уехавшими из России преподавателями. Большинство из тех, кто уехал на учебу, не вернется.
Источник: www.dw.com