Ереван больше не называет Москву союзником, но сохраняет при этом членство в курируемых Россией политических и экономических объединениях. Что стоит за новой стратегией армянского руководства — в материале DW.
20 августа правительство Армении, сформированное по итогам июньских парламентских выборов, одобрило и направило в парламент новую пятилетнюю программу на 2026-2031 годы. Этот объемный документ фиксирует существенный сдвиг во внешней политике Еревана. Если ранее связи с Москвой годами описывались исключительно как «стратегический альянс», то теперь они впервые официально названы партнерством, подлежащим «трансформации», без упоминания таких слов, как «союз» или «блок».
На фоне усиливающихся трений с Россией и последовательного курса армянских властей на сближение с Западом новая программа, по мнению экспертов, фактически закрепляет сложившуюся реальность — Ереван видит свое будущее без эксклюзивной оглядки на Москву.
Конец эксклюзивности и новая география приоритетов
Новая программа кабинета министров фиксирует резкую смену географических приоритетов армянской дипломатии. В 2021 году Россия, усилившая свое присутствие на Южном Кавказе после ввода миротворцев по окончании второй карабахской войны, безоговорочно возглавляла список внешнеполитических ориентиров Еревана. Спустя пять лет, на фоне системного кризиса в двусторонних отношениях, доходящего до запретов на импорт армянских сельхозтоваров в РФ, Москва опустилась сразу на восьмое место.
Сегодня абсолютный приоритет отдан ближайшим соседям — Азербайджану, Турции, Ирану и Грузии, а также западным партнерам в лице ЕС, США и Франции. И только за ними в новом документе следуют Россия, Китай и Индия.
Такая расстановка сил в целом созвучна провозглашенному в программе принципу «регионализации». Кабинет министров под руководством Никола Пашиняна определяет этот подход как политику, цель которой — сделать жизнь Республики Армения в собственной среде «не только возможной, но и комфортной без внешней поддержки». Внешняя политика страны теперь характеризуется как «сбалансированная и балансирующая», призванная не допускать асимметрии во внешних связях и формировать инструменты для их уравновешивания.
Разница в терминологии бросается в глаза. В новом документе при описании российско-армянских связей больше не используются словосочетания «союзнические отношения» или «стратегическое партнерство». Теперь соответствующий пункт озаглавлен как «Трансформация и углубление партнерских отношений с Россией». Для сравнения: связи с Ираном в том же тексте охарактеризованы как «имеющие стратегический характер», а в случае с Грузией, ЕС, США, Францией и Китаем прямо говорится о стратегическом партнерстве.
Между тем, этот шаг не стал сюрпризом, ибо анонс того, что отношения с РФ больше не являются эксклюзивными, ранее прозвучал также из уст самого премьер-министра Никола Пашиняна.
Безопасность без ОДКБ, но экономика с ЕАЭС
Трансформация отношений напрямую затрагивает архитектуру безопасности. В программе 2021 года Россия выступала ее главным столпом. Ереван планировал расширять возможности размещенной на армянской территории 102-й российской военной базы и увеличивать вовлеченность пограничников России в охрану своих границ. ОДКБ называлась важнейшим звеном системы безопасности Армении.
С тех пор многое изменилось. В документе 2026 года ОДКБ полностью исключена из списка многосторонних форматов. Ереван заморозил свое членство в альянсе после того, как организация не оказала Армении военную помощь во время приграничных столкновений с Азербайджаном в сентябре 2022 года.
В перечне теперь фигурируют ООН, Совет Европы, ОБСЕ, СНГ, Франкофония (Международная организация сотрудничества франкоязычных стран, МОФ) и Европейское политическое сообщество, а также заявлено намерение двигаться к членству в ШОС. При этом курируемый Россией Евразийский экономический союз (ЕАЭС) сохранился как отдельное направление, что по мнению экспертов, демонстрирует новую внешнеполитическую линию Еревана, сводящуюся к тому, что экономические и институциональные связи с Москвой сохраняются, без эксклюзивности отношений с ней в сфере безопасности.
Что означает трансформация на практике?
Отвечая на вопрос о том, свидетельствует ли отсутствие понятия «союзнические отношения» в программе правительства о постепенном выходе Армении из союза с Россией и возможном пересмотре юридически обязывающих договоров, армянский политолог, директор Института Кавказа Александр Искандарян в беседе с DW призвал не фокусироваться на юридических формальностях.
«Процесс трансформации отношений идет уже давно, и в реальности не бумажки или заявления меняют ситуацию, а наоборот — глубокий кризис просто нашел свое отражение в официальных документах», — пояснил Искандарян.
Политолог отметил, что формальный выход из организаций вроде ОДКБ или СНГ не имеет первостепенного значения, поскольку само членство на бумаге никому не мешает. Трансформация, по его словам, происходит исключительно в плоскости реальной политики. В качестве примера эксперт привел тот факт, что Армения уже заморозила свое фактическое участие в ОДКБ, не платит взносы, активно закупает вооружение у Франции и Индии, а политические гарантии безопасности получает от ЕС в виде мониторинговых миссий.
«Происходящее является не сиюминутным разворотом Еревана, а частью более глобального и длительного процесса снижения российского влияния на всем постсоветском пространстве, на который Москва отвечает экономическим давлением через свои надзорные ведомства», — резюмировал эксперт.
Источник: www.dw.com
